Отмена измены

Может ли мужчина хранить верность? «Да, но недолго», -ответит он. И добавит в оправдание: «Сторонний опыт обогащает основные отношения».

Сложно вообразить свою девушку в роли новатора! А хотелось бы, ведь свежая струя никогда не бывает лишней. Если все чужие спальни обозначить как экспериментальный цех, эдакую кузницу народных умельцев, то не женское это дело - посещать подобные места. Хотя и я давненько не бывал в «горячих точках». Друзья об этом не догадываются. Что-что, а изворачиваться умею. Зачем, спросишь ты? Чтобы остаться в Клубе настоящих мужчин, где живо мнение: или полигамен, или не самец. Держись крепче: среди животных варианты «моно-» более чем нормальны. Они естественны для многих видов (специально узнавал). Правда, верность здесь хранят сезон. Видимо, на большее бобров и волков не хватает.

Она (гражданская жена) во мне не сомневается. И знает, что все другие для меня – экспонаты на экскурсии. Руками не трогать, хотя если присвистнуть и проводить взглядом, никто не пострадает. Даже я. Когда тебя не на чем поймать, скучно. Хочется сказать: «Ты хоть знаешь, что я тебе верен? Знай. И цени». Бахвальства ради. Но она не поймет. Еще чего доброго, заподозрит. Подумает, что «шифруюсь». Усилит контроль и будет рассекать за рабочие вечера.

Лучше книгу напишу. О том, как жить с одной и быть вольным. Или о женщинах. С которыми ничего не было, но мечталось... И ряды красоток на обложке. Но даже если кто и купит – открыв , либо не поверит, либо увидит историю парня «с проблемами». Иначе ничему дальше чашки кофе дело не шло? Могло пойти, и тогда порицаемое понятие «верность» с частицей «не-» обросло бы пикантными подро6ностями и умолчаниями, достойными того, чтобы самим домыслить.

Я - человек привычки. Одна мысль об изменении графика вызывает внутренний протест. Но иногда и меня тянет на подвиги. Когда нечего обсудить за ужином и ты знаешь, что дальше будет повтор того, что было вчера. И позавчера. И много вечеров до этого. В прошлом - лужи, заборы, девчонки. Слезы льются по лицу завоевателя. Он утирает их мощной рукой и отправляется не в цех. В спальню. Почему? Я насчитал целый ряд причин.

Процитирую коллегу: «Изменяй только с той, которую оцениваешь на 11 по 10-балльной шкале. Когда о вашем романе узнают, обидно не будет. Такая стоит того, чтобы рисковать». Особ, цар-ственней ЕЕ, я пока не встречал.

В своей книге «Письма сыну» Кент Нерберн приравнивает интрижку к сломанной ноге: «Каким бы сильным ни было увлечение, я вспоминаю левую конечность. Как падение - ногу, измены разрушают отношения. Сначала кажется, что ничего не произошло. Потом кость срастается, связь налаживается. Но рубец остается. И остается навсегда». Насчет переломов не знаю, мне достаточно растянутой лодыжки - когда это было, а болит до сих пор!

В детстве у меня уже был опыт «уведения». Правда, не подруг, а приятельской машинки. Я угнал ее. Товарищ обалдел и потребовал вернуть, взамен отдав мой подарок на день рождения. Мы даже поссорились и на целый вечер разошлись по разным дворам. Оба - по чужим, чтобы не делить свой. Я ходил злой и надутый, а главное, не понимал - в чем дело? Пока отец не объяснил мне, что брать чужое без спросу - знак неуважения. И девушки моих друзей автоматически перестали меня интересовать.

Однажды я прочел статью, автором которой был мужчина - из тех, что знают толк в женщинах. Как-то раз, проснувшись, он посмотрел на ноги той, с кем провел ночь. Безоружные вне изящных лодочек, они казались такими же прозаичными, как его жизнь. Грубоватыми, с натоптышами и белым налетом. Страсть испарилась. О чем это я? О том, что ни один камуфляж не скрывает наши недостатки лучше, чем это делает любовь. «Не пугают нас овраг и дорога длинная, шагают впереди Нетак и Мякиш Пластилиновый!»

И все они похожи на нее. Раз так, зачем мне двойник, тройник и так далее?

Не государству и не перед свидетелями. Ей. Юношей я мечтал быть капитаном дальнего плавания. Им был и остался в душе. А слово моряка - непотопляемо.

Иногда они все-таки дают о себе знать. Мы собственники, как некогда Форсайты. Приятно слы-шать, что она говорит обо мне: «Мой». И страшно представить тот миг, когда она не сочтет нужным это сказать.

И это главный «стоп-сигнал» в минуты искушения. Случись измена, ее ревность будет страшнее виселицы. Даже если все пройдет незамеченным, я уже не смогу посмеиваться, глядя, как она изучает девушек на корпоративных фото. Придется прятать - снимки, глаза, совесть. И это будет конец.

Она - единственная, с кем я себя всерьез могу представить. Собственно, с этого и стоило начинать. Но тогда, что это была бы за статья?